(В8) Молодежный класс
Александр Иоильевич Огородников (род. 1950) – богослов, политик, диссидент, правозащитник, директор приюта «Остров надежды».
Нашим оружием было слово, а уже потом – кулаки
– Александр, в течение последних нескольких лет я ищу встреч с людьми, которые могли бы нам напомнить, если можно так выразиться, «нашу первую любовь»: нашу первую радость от того, что Церковь в СССР получила свободу.
Нахожу собеседников, которые могли бы вспомнить 1990-е, 80-е и более ранние годы, чтобы поговорить о той Церкви, которая, конечно же, онтологически всегда свободна, но в 1988-м году, наверное, произошло настоящее чудо: для Русской Церкви в Советском Союзе сжимавшие ее границы раздвинулись, рамки раскрылись, ограничения были сняты... И всегда очень радостно повспоминать о тех годах, когда дух торжествовал и «жизнь жительствовала», а ведь это все было именно так, не правда ли?
– Да, это так. Но, знаете, к сожалению, сейчас об этом как-то забывают или очень мало говорят. Поэтому даже сам факт приглашения на интервью для меня знаменателен.
Дело в том, что мое поколение – мы были, скажем так, первыми, кто не просто «обратился к вере в сознательном возрасте». У меня, например, была идеальная советская биография: пионер, командир отряда, комсомолец, работа в горкоме комсомола. А потом я создал БКД (боевую комсомольскую дружину).
– А что это такое, расскажите.
– Я родился в Чистополе, это был самый настоящий бандитский город, и мы там наводили порядок. Причем мы как бы презирали милицию, действовали автономно от нее, но это стоило нам двух жизней – двух наших товарищей убили, – а уже в 1968-м году стали появляться о нас такие статьи, как «Вахта мужества» в «Комсомольской правде». Представляете, тираж 18 миллионов, и на первой странице – заметка о небольшом городке, где мы фактически стали в каком-то смысле определять атмосферу! Особенно среди молодежи!..