Сейчас уже никто и не вспомнит, да и ни к чему, наверное, вспоминать, откуда на подоконнике двухместной палаты для тяжелобольных в обычной районной больнице появился этот простой маленький складень. Непохожий на обычные, уже привычные сейчас дорожные иконки, блестящие, с золотым тиснением и серебром, он – со старой тёмной обложкой и полустёртым крестиком – сохранил внутри себя лики Спасителя, Богородицы и Пантелеимона Целителя.
Изображение с
вятого Пантелеимона немного отклеилось в правом нижнем углу, краски потускнели, но этого никто не замечал. При уборке палаты одни санитарки, обсушив руки, бережно переставляли складень на тумбочку, а потом, протерев подоконник влажной тряпкой, вновь ставили его обратно – точно посередине, другие же небрежно отодвигали иконки в сторону к надоедливым старым, затасканным журналам и газетам с исчёрканными кроссвордами. Иногда постояльцы палаты, кто постарше, раскрывали складень и ставили его у себя в изголовье, но чаще всего это делали сидевшие или дежурившие у лежачих тяжелобольных родственники. Хотя, сказать по правде, и они-то относились к иконкам по-разному.
Дмитрий Иванович поступил в отделение где-то к обеду. «Скорая помощь» привезла его в приёмный покой ещё утром, но, пока жена оформляла необходимые бумаги, бегала, выкупала в аптеке лекарства, искала и укладывала деревянный щит на кровать, он, напичканный уколами, терпеливо лежал за ширмой на кушетке.





