"ГАГАУЗИЯ ПРАВОСЛАВНАЯ". Церковный сайт из Конгаза

(В10) Государственный катехизис

Левая идея переживает в России новое рождение — на этот раз как синтез коммунистических и христианских идеалов. Но срастутся ли завет любить ближнего и призывы не стяжать земных даров с восстанием против капитала и его власти?

Бытовое сознание с давних пор легко сближает понятия «коммунизм» и «православие», простодушно подкрепляя свои выводы соображениями типа: Христос хотел, чтобы всем было хорошо, и коммунисты того же. Отчасти это, как ни странно, так и есть. Если брать коммунистическую доктрину чуть шире учения Маркса, просто как идею социальной справедливости, устанавливаемой посредством государственного регулирования, то ее можно охарактеризовать как вожделение земного рая, где всякий будет сыт и спокоен за будущее, где будет уничтожен механизм эксплуатации человека человеком, где общественное благо будет распределяться поровну. Религиозная природа этой идеи очевидна — вера в идеальное справедливое общество столь же иррациональная, как и вера в Бога.

Подробнее...

(В10) Государственный катехизис

"Отдавайте кесарево кесарю, а Божие Богу". Общий смысл этих слов понятен. На каждом христианине лежат обязанности двоякого рода. По отношению к государственной власти он обязан исполнять все ее требования и постановления, касающиеся порядков гражданской жизни, как-то: платить налоги, нести установленные государственные повинности, подчиняться гражданским законам и т. п. По отношению к Богу на нем лежат еще более высокие обязанности — исполнение заповедей Божиих, подчинение воле Божией во всем и, главным образом, в том, чего Господь требует от человека ради спасения его души. Очевидно, что те и другие обязанности неоднородны между собой, как по своему происхождению, так и по содержанию. Господь в Своем ответе фарисеям ясно их различает. Необходимо и нам различать эти обязанности, чтобы ясно видеть, к какой области — гражданской или духовной — относится то или другое требование жизни. В противном случае легко запутаться и не найти правильной линии христианского поведения, особенно в тех случаях, когда эти требования, идущие из разных сфер, противоречат одно другому.

Подробнее...

(В10) Государственный катехизис

13 мая Госдума приняла в первом чтении законопроект №876688-6, запрещающий использовать жилые помещения «под гостиницы и осуществление услуг размещения». Об этом и о наплевательском отношении нашего государства к малому бизнесу рассуждает наш постоянный автор Илья Забежинский.

Одна старая еврейка рассказывала мне, юному студенту, такой вот анекдот.

– Знаешь, что такое еврейское счастье? Это когда ты решаешь открыть мастерскую по пошиву кепок, и люди начинают родиться без голов.

Только ты решаешь начать сдавать мамин дом в Пушкинских Горах туристам, чтобы обеспечить ей более или менее достойные условия жизни и лечение на старости лет, как эти газдумцы принимают закон о том, что делать этого нельзя. Что в жилых помещениях теперь не только мини-отель нельзя устроить, нельзя вообще никаких услуг по размещению оказывать.

Поехали вы в отпуск, решили туристов на это время пустить – нельзя. Трудные времена настали у вас, захотели вы бабушкину квартиру посдавать – нельзя. Появилась у вас лишняя копейка, решили вы квартиру небольшую купить, чтобы туристам сдавать и таким образом деньги свои от обесценивания обезопасить – не имеете права.

Подробнее...

(В10) Государственный атехизис

«Должно повиноваться больше Богу, нежели человекам.» (Деян. 5, 29)

«Это — душа, это — сердце Православной Церкви; это — ее главное благовестие, заключающее в себе все другие благовестия, т. е. все-благовестие. Она живет этим и ради этого. В этом — ее безсмертие и вечность; в этом ее непреходящая всеценность и всезначимость. Повиноваться больше Богу, нежели человекам, — это принцип всех ее принципов, святыня всех ее святынь, мерило всех ее мерил.

Это все-благовестие является сущностью всех святых догматов и всех святых канонов Православной Церкви. Здесь абсолютно недопустимо, ценой чего бы то ни было, делать со стороны Церкви какие-либо уступки каким бы то ни было политическим режимам или же идти на компромиссы с людьми или с демонами, а также, еще в большей степени — с неприкрытыми гонителями Церкви, церквоборцами, стремящимися во что бы то ни стало ее уничтожить.

Повиноваться больше Богу, нежели человекам, — это устав Православной Церкви, Устав вечный и неизменный, Устав всех уставов, а также вечная и неизменная ее позиция, в соответствии с которой должны вырабатываться все другие ее позиции (в сербском языке слова «устав» и «позиция» (сербск. — «став»), являются однокоренными. — Примеч. пер.). В этом содержится и первый ответ Церкви первым ее гонителям (см.: Деян. 5, 29); но это — ответ и всем последующим ее гонителям во все последующие века, вплоть до Страшного Суда. Для Церкви Бог всегда на первом месте, а человек — всегда на втором. Поэтому людям можно и должно повиноваться до тех пор, пока они не ополчаются против Бога и Божиих законов. Но как только они начинают противиться Богу и Его законам, Церковь должна против них выступить и им воспротивиться. Если же она этого не делает, то остается ли она Церковью? И представители Церкви, если они так не поступают, остаются ли они апостольскими представителями Церкви? И оправдываться при этом так называемой церковной икономией — не есть ли это не что иное, как прикровенно предавать Бога и Церковь? Такая «икономия» — это просто-напросто предательство Церкви Христовой.

Подробнее...

(В10) Государственный катехизис

«Должно повиноваться больше Богу, нежели человекам.» (Деян. 5, 29)

«Это — душа, это — сердце Православной Церкви; это — ее главное благовестие, заключающее в себе все другие благовестия, т. е. все-благовестие. Она живет этим и ради этого. В этом — ее безсмертие и вечность; в этом ее непреходящая всеценность и всезначимость. Повиноваться больше Богу, нежели человекам, — это принцип всех ее принципов, святыня всех ее святынь, мерило всех ее мерил.

Это все-благовестие является сущностью всех святых догматов и всех святых канонов Православной Церкви. Здесь абсолютно недопустимо, ценой чего бы то ни было, делать со стороны Церкви какие-либо уступки каким бы то ни было политическим режимам или же идти на компромиссы с людьми или с демонами, а также, еще в большей степени — с неприкрытыми гонителями Церкви, церквоборцами, стремящимися во что бы то ни стало ее уничтожить.

Повиноваться больше Богу, нежели человекам, — это устав Православной Церкви, Устав вечный и неизменный, Устав всех уставов, а также вечная и неизменная ее позиция, в соответствии с которой должны вырабатываться все другие ее позиции (в сербском языке слова «устав» и «позиция» (сербск. — «став»), являются однокоренными. — Примеч. пер.). В этом содержится и первый ответ Церкви первым ее гонителям (см.: Деян. 5, 29); но это — ответ и всем последующим ее гонителям во все последующие века, вплоть до Страшного Суда.

Подробнее...

(В10) Государственный катехизис

70 лет назад, 6 августа 1945 года, впервые было применено ядерное оружие — Соединенными Штатами против японского города Хиросима. 9 августа это случилось во второй и, будем надеяться, последний раз в истории: атомная бомба была сброшена на Нагасаки. Роль атомных бомбардировок в капитуляции Японии и их моральная оценка до сих пор вызывают споры.

Проект «Манхэттен»

Возможность использования деления ядер урана в военных целях сделалась очевидной специалистам еще в начале XX века. В 1913 году Герберт Уэллс создал фантастический роман «Освобожденный мир», в котором со множеством достоверных деталей описал ядерную бомбардировку Парижа немцами и впервые употребил термин «атомная бомба». В июне 1939 года ученые Бирмингемского университета Отто Фриш и Рудольф Пайерлс рассчитали, что критическая масса заряда должна составлять не менее 10 кг обогащенного урана-235.

Примерно в ту же пору бежавшие от гитлеровцев в США европейские физики заметили, что их немецкие коллеги, занимавшиеся соответствующей проблематикой, исчезли из публичного поля, и сделали вывод, что те заняты секретным военным проектом. Венгр Лео Сциллард попросил Альберта Эйнштейна использовать свой авторитет, чтобы повлиять на президента США Рузвельта. 2015 11 октября 1939 года обращение, подписанное Эйнштейном, Сциллардом и будущим «отцом водородной бомбы» Эдвардом Теллером, было прочитано президентом. История сохранила его слова: «Это требует действий». По другим данным, Рузвельт вызвал военного министра и сказал: «Позаботьтесь о том, чтобы нацисты нас не взорвали».

Подробнее...

(В10) Государственный катехизис

Всякий раз накануне 17 июля у определённой части юзеров – что в Живом Журнале, что на других площадках – начинается то, что я называю «покаянным обострением». В ленте, то и дело, мелькают сканы фотографий последнего российского Императора Николая II и Его Семьи, убитых коммунистами летом 1918 года в Екатеринбурге, иконы св. Царственных Мучеников, и сюда же – до кучи! – фотографии билбордов с теми же семейными портретами Романовых, снабжённых истерично-слезливыми подписями: «Прости нас, Государь!» И скажу вам честно, господа: меня – сторонника Императорского Дома Романовых, сторонника монархической формы правления, и более того – одного из организаторов самого первого в моём городе молебна памяти святых Царственных Мучеников в далёком уже 1990 году – это раздражает. И раздражает чрезвычайно.

Вероятно, кто-то из моих новых френдов удивится, узнав о моих монархических предпочтениях и почитании мною семьи последнего Российского Императора – ведь на своих страницах я не размещаю ни акафистов, ни житий святых, ни прочих подобных материалов… Тогда – очень быстро, одним-двумя абзацами, объясню свою позицию на сей счёт – а дальше мы будем говорить уже об этом клоунско-шизофреническом «покаянном синдроме», охватившем не только «Русь Виртуальную», но и реальную Российскую Федерацию.

Итак, я – монархист. Бороды и смазных сапог не ношу, на изображения «адамовой головы» на каждой трансформаторной будке не крещусь, в «жыдомасонские зАговоры» (равно, как и в «жыдомасонские заговОры») не верю, и вообще отношусь к нынешнему государству Российская Федерация, скажем так, с изрядной долей неприязни и даже брезгливости. И, тем не менее, я – монархист. Почему? Потому, что убеждён: власть должна быть эстетичной – это во-первых. Во-вторых – уже потому, что я знаю: из полутора-двух десятков самых развитых стран планеты (РФ в это число, понятно, я не включаю) республиканского образа правления придерживаются всего шесть-семь государств: Северо-Американские Соединённые Штаты, Франция, Германия и Италия… да, ещё добавим сюда же Финляндию, Швейцарию и Австрию. Остальные государства планеты из числа тех, что с чистой совестью можно назвать самыми развитыми, монархическую форму правления сохранили, и избавляться от неё не собираются – а абсолютное большинство стран с республиканской формой правления, при всём желании сложно назвать высокоразвитыми государствами – по крайней мере, настолько высокоразвитыми, что в них хотелось бы жить. (Хотя, может быть, среди вас есть такие любители восточной экзотики, которые предпочли бы жить, скажем, в КНР?... Ну, флаг вам в руки.) Ну, и в-третьих – потому, что знаю: лучшей защиты от возникновения диктатуры – что коммунистического, что нацистского толка – равно, как и лучшей защиты от коррупции, чем современная конституционная монархия винзорского типа (т. наз. «Король-В-Парламенте»), не существует. За примерами, пожалуйста, в Лондон, Копенгаген, Осло, Стокгольм, Амстердам, Брюссель, Мадрид, Торонто, Канберру, Веллингтон, Токио и т. д..

Подробнее...